«Господствующая идея книги - идея о единстве средневекового западного и восточно-ордынского эпоса, распространяемая и на эпос Западной Европы».

Такая постановка проблемы сначала может вызызвать ассоциацию с теорией «новой хронологии». Однако к этой теории фундаментальное исследование знаменитого русского ученого и путешественника Григория Николаевича Потанина (1835-1920) не имеет никакого отношения. Напротив, оно является серьёзнейшим научным контраргументом идеям Фоменко-Носовского, которые далеко не первыми заметили сходство сюжетов эпоса и фольклора совершенно разных и чрезвычайно удалённых друг от друга европейских и азиатских народов . Действительно, довольно трудно допустить возможность воздействия варварских орд средней Азии на культурную европейскую среду. Однако, пытаясь объяснить неоспоримые следы такого влияния Потанин не прибегает к фантастическим версиям смешения или подмены различных эпох и народов. Тщательно анализируя огромный исторический и этнографический материал, Потанин даёт ответы на спорные вопросы и аргументированно подтверждает свои выводы, оставаясь в рамках традиционной исторической науки.

Потанин решительно выступал против теорий о неполноценности духовной культуры некоторых народов Азии. Ему принадлежат глубокие и философско обоснованные мысли об исторических корнях эпоса, о характере и сущности нашедшего в нём своё отражение первобытного мировоззрения. Потанин считает, что обмен эпическими материалами между Западом и Востоком в основном происходил в более раннюю эпоху, чем совершались передвижения среднеазиатских орд, - в то отдалённое время, когда существенной разницы в культуре между народами ещё не существовало. Кроме того автор доказыает, что усвоение чужих сюжетов даже сложного комплекса чужих преданий, не ставит непременным условием доминирование племени, у которого делается заимствование. Подобно тому как варвары франки могли навязать свой эпос более культурным галлам, так и гунны могли свои предания передать готам, а через них - германцам. Заимствование могло происходить не в одну сторону, а взаимно: с запада на восток, с востока - на запад, а самым мощным средством переноса сюжетов было, конечно, же переселение народов. Как писал Потанин: «Не приписывая ордынцам начала средневекового европейского эпоса, я приписываю им большую роль в его пересадке с востока на запад».